دورية أكاديمية
Sacred Topics of Russian Cities (11): Visualization of the Sacred-Political Theme in the Vladimir Temple Decoration / Сакральная топика русского города (11): визуализация сакрально-политической темы во владимирской храмовой декорации
العنوان: | Sacred Topics of Russian Cities (11): Visualization of the Sacred-Political Theme in the Vladimir Temple Decoration / Сакральная топика русского города (11): визуализация сакрально-политической темы во владимирской храмовой декорации |
---|---|
المؤلفون: | Sergey Avanesov / Сергей Сергеевич Аванесов |
المصدر: | Визуальная теология, Vol 4, Iss 1, Pp 67-98 (2022) |
بيانات النشر: | Yaroslav-the-Wise Novgorod State University, 2022. |
سنة النشر: | 2022 |
المجموعة: | LCC:Practical Theology |
مصطلحات موضوعية: | visual narrative, vladimir, hierotopy, relief decoration, sacralization of political power, ‘russian jerusalem’, ‘third rome’, визуальный нарратив, владимир, иеротопия, рельефная декорация, сакрализация политической власти, «русский иерусалим», «третий рим», Practical Theology, BV1-5099 |
الوصف: | The article is devoted to the analysis of the content and meaning of the sacral-political narrative of the Vladimir temples external sculptural decoration of the 12th century. The central image of the named narrative is biblical David in the role of a king. The images of temple facades, thematically associated with David as an autocratic ruler, form a semiotic series expressing the idea of the sanctity of righteous power. The crown and vestments of David, his throne pose, images of lions as symbols of political power, as well as figures of flying horsemen, including Saints Boris and Gleb – patrons of Russian princes and defenders of Russian cities – are the key signs that visually mark this idea. This visual text also suggests the presence of a subtext in which the prince of Vladimir is designated as ‘new David’, and Vladimir turns out to be ‘the new Jerusalem’. The prince of Vladimir, like biblical David, moves the capital to a peripheral city and delivers to this city its ‘palladium’ – the shrine that gives the new capital the status of the highest and the only one sacral-political center. In the context of such a narrative, visually fixed in the facade decoration of Vladimir temples, the prince becomes a semantic analogue of King David, the icon of the Virgin of Vladimir (‘Vyshgorodskaya’) semantically corresponds to the Ark of the Covenant, and the city of Vladimir is established as the new Jerusalem. However, the modus in which the prince of Vladimir is identified with King David contradicts the traditional Christian ‘Jerusalem’ urban model and includes that destructive element into the urban planning program of the Vladimir princes, which later develops into the concept of the ‘Third Rome’. Статья посвящена анализу содержания и смысла сакрально-политического нарратива внешней скульптурной декорации владимирских храмов XII века. Центральным образом названного нарратива выступает библейский Давид в роли царя. Изображения храмовых фасадов, тематически связанные с Давидом как самодержавным правителем, образуют семиотический ряд, выражающий идею святости праведной власти. Ключевыми знаками, визуально фиксирующими эту идею, являются корона и облачение Давида, его тронная поза, изображения львов в качестве символов политической власти, а также фигуры летящих всадников, в том числе святых Бориса и Глеба – покровителей русских князей и защитников русских городов. Этот визуальный текст предполагает также наличие подтекста, в котором владимирский князь обозначается как «новый Давид», а Владимир оказывается «новым Иерусалимом». Владимирский князь, подобно библейскому Давиду, переносит столицу в периферийный город и доставляет в этот город его «палладиум» – ту святыню, которая придаёт новой столице статус высшего и единственного сакрально-политического центра. В контексте такого нарратива, визуально зафиксированного в фасадной декорации владимирских храмов, князь становится смысловым аналогом царя Давида, Владимирская (Вышгородская) икона Богородицы семантически соответствует Ковчегу Завета, а город Владимир утверждается в качестве нового Иерусалима. Однако тот модус, в котором происходит отождествление владимирского князя с царём Давидом, противоречит традиционной восточнохристианской «иерусалимской» урбанистической модели и вносит в градостроительную программу владимирских князей тот деструктивный элемент, который в дальнейшем разворачивается в концепцию «Третьего Рима». |
نوع الوثيقة: | article |
وصف الملف: | electronic resource |
اللغة: | German English French Russian |
تدمد: | 2713-1610 2713-1955 |
Relation: | https://visualtheology.ru/index.php/journal/article/view/78; https://doaj.org/toc/2713-1610; https://doaj.org/toc/2713-1955 |
DOI: | 10.34680/vistheo-2022-4-1-67-98 |
URL الوصول: | https://doaj.org/article/b27cf2b5f45d4003b553b79a84a8b78b |
رقم الأكسشن: | edsdoj.b27cf2b5f45d4003b553b79a84a8b78b |
قاعدة البيانات: | Directory of Open Access Journals |
تدمد: | 27131610 27131955 |
---|---|
DOI: | 10.34680/vistheo-2022-4-1-67-98 |